США и Франция помогали Украине выбирать цели для ударов дронов по российской энергетике и складам

Коротко

Разведданные из США и Франции использовались для выбора целей, оценки расположения систем ПВО и прокладывания маршрутов для беспилотников, что позволило украинским подразделениям точнее планировать удары по объектам на территории России.

Как менялась тактика

Вместо массовых атак по большим площадкам планирование стало ориентироваться на критически важные узлы инфраструктуры — те элементы оборудования, которые труднее всего заменить или восстановить. В ход пошли повторные удары по одним и тем же компонентам до завершения ремонта, а также детальные карты объектов для поиска слабых мест системы.

Кроме того, помощь включала консультации инженеров и отраслевых специалистов, которые указывали расчётам беспилотников на приоритетные цели и резервные объекты на случай вмешательства ПВО или технических сбоев.

Удары по складам и промышленным объектам

В июле были зафиксированы атаки не только по энергетике, но и по складам крупного маркетплейса. За полторы недели пострадали склады общей площадью около 860 тыс. кв. метров — примерно 15% от общей площади объектов маркетплейса; крупнейший ущерб пришёлся на крупный склад в Подмосковье, где после удара выгорело около 250 тыс. кв. метров.

Воздействие на нефтепереработку

В результате серии ударов переработку на ряде НПЗ приостанавливали: Тюменский НПЗ — 28 июля, НПЗ в Салавате — 14 июля, Сызранский НПЗ — 12 июля, Саратовский НПЗ — 8 июля, Омский НПЗ — 6 июля, а также «Нижегороднефтеоргсинтез» в начале июля. По оценкам отраслевых аналитиков, в июле объёмы нефтепереработки в России снижались примерно до 3,58 млн баррелей в сутки — минимум как минимум с начала 2000‑х годов.

Отдельно отмечается использование морских дронов и ударных БПЛА‑камикадзе против танкеров и морских объектов, а также координация таких операций при поддержке зарубежной разведки.

Чего ожидать дальше

Смена тактики на прицельные удары по критическим элементам инфраструктуры повышает эффект от атак и затрудняет восстановление работы объектов. Это может привести к дальнейшим сбоям в логистике и переработке сырья, если ключевые компоненты продолжат оставаться уязвимыми.