Владимир Ашурков — финансист, бывший исполнительный директор Фонда борьбы с коррупцией — в длинном интервью ответил на вопросы о недавних скандалах вокруг фонда: о предположениях о получении средств от олигархов, о сотрудничестве с Александром Железняком и о письме в поддержку Михаила Фридмана. Ниже — основные выдержки.
Просил ли Ашурков деньги у олигархов?
Ашурков категорически отверг утверждения о системном получении денег от олигархов. По его словам, утверждения отдельных публичных людей о таких фактах не соответствуют действительности.
«Это неправда. … Я посмотрел интервью — там вранье на вранье. Этого не было.»
История с Альфредом Кохом и предполагаемым переводом
Ашурков рассказал о единичной истории начала 2014 года: якобы должна была пройти передача 100 тысяч долларов через третье лицо, но деньги до фонда не дошли. Он отметил, что в случае получения деньги были бы использованы в работе фонда.
«Если бы эти деньги до меня дошли, конечно, я бы их взял и использовал на нужды фонда. Деньги до нас не дошли.»
Советовал ли он Навальному не возвращаться?
Ашурков признал, что в момент, когда Навальный выходил из комы и обсуждался вопрос возвращения, он не мог лично приехать из‑за ожидания документов, общение проходило удалённо. Он сожалеет о том, что не был ближе в решающий момент, но утверждает, что решение о возвращении было принято самим Навальным.
«Я понял, что нет смысла вообще с ним говорить об этом. Он принял решение, он вернется в Россию.»
Кто такой Александр Железняк и почему он участвовал в работе фонда
После признания фонда «экстремистским» возникла необходимость создать зарубежную юридическую структуру и настроить приём пожертвований. По словам Ашуркова, Железняка привлекли как человека с финансовым опытом и административными навыками: открытие счёта, соблюдение юридических требований и техническая работа с платежными системами.
Позже в адрес Железняка и других бывших владельцев банка появились обвинения в хищениях и публикации с такими утверждениями. Ашурков говорит, что тогда у фонда была возможность раньше сменить человека на этой роли, но этого не сделали — и это он называет ошибкой.
«Какое‑то время он проработал в качестве казначея. … В конце концов мы решили с ним расстаться. К сожалению, позже, чем могли бы и должны были. Это действительно была ошибка.»
Кто инициировал письмо в поддержку Михаила Фридмана
Ашурков рассказал, что после начала полномасштабного вторжения он вступил в диалог с рядом представителей деловой элиты, в том числе с Михаилом Фридманом. Идея была в том, чтобы выстраивать контакты с бизнесом и обсуждать возможность дистанцирования от режима в обмен на смягчение санкций.
По его словам, Фридман просил ряд общественных деятелей подготовить письмо в поддержку его просьб, и решение о подписи оставалось на усмотрение каждого — один из соратников фонда принял решение подписать, а позже признал, что это было ошибкой.
«У него была опция не подписывать, но он решил подписать. … Потом он признал, что это была ошибка.»
Выводы
Ашурков повторил, что в ряде эпизодов имели место ошибки в кадровых и административных решениях. Он отвергает системные обвинения в получении средств от олигархов и подчёркивает, что некоторые инициативы и контакты в итоге признаны неверными решениями.
