В Ленобласти ищут сбежавшего из военного госпиталя осуждённого насильника
Кто разыскивается
В Ленинградской области ведутся поиски 41‑летнего Андрея Кийко, известного как «сосновский маньяк‑душитель». Ранее он был осуждён за серию преступлений — несколько убийств, изнасилований и разбойных нападений — и приговорён к длительному лишению свободы.
Приговор и контракт с Минобороны
Кийко был признан виновным в преступлениях, совершённых в 2004–2007 годах в районе парка Сосновка: он подстерегал молодых женщин, душил и угрожал ножом. Летом 2023 года ему назначили длительное лишение свободы. По данным следствия, в середине 2024 года он заключил контракт с Минобороны, несмотря на публичные заявления о недопустимости приёма к службе осуждённых за сексуальные преступления. На момент подписания контракта ему оставалось отбыть около семи лет.
Травма, лечение и побег
В январе 2025 года Кийко получил ранение и был госпитализирован в Ростове, затем переведён в военный госпиталь в Кронштадте для реабилитации. В восстановительном периоде, по информации источников, в начале осени 2025 года он скрылся из лечебного учреждения.
По предварительным данным, сведения о побеге были доведены до общественности и объявлены в розыск с задержкой: сначала об инциденте сообщали внутри минобороновских структур, а полицию и широкие силы розыска подключили позже.
Свидетельства и оперативные действия
Жители Ломоносовского района отмечали недавние случаи, когда у пунктов выдачи заказов и магазинов сотрудник военного подразделения демонстрировал прохожим ориентировку с фотографией подозреваемого. Рядом неоднократно видели автомобиль с военными номерами; позже машину замечали в окрестных садоводствах.
В картотеке гарнизонного военного суда обнаружены административные иски, поданные от имени Кийко летом 2025 года, предположительно связанные с выплатами как участнику боевых действий. К расследованию подключены уголовный розыск Главного управления МВД и военные правоохранительные органы.
Контекст
Ранее сообщалось о случаях, когда осуждённые за тяжкие преступления заключали контракты и направлялись в зоны боевых действий; некоторые из таких договоров становились предметом общественного обсуждения и проверок.
