Верховный суд отказался вводить отдельную уголовную статью о принуждении к электронному голосованию
В ответ на запрос депутата Госдумы было разъяснено, что отдельное уточнение в статье 141 УК РФ о принуждении граждан к дистанционному электронному голосованию или к голосованию через терминалы не нужно: действующие нормы уже позволяют рассматривать такие действия как воспрепятствование свободному осуществлению избирательных прав и привлекать виновных к ответственности.
Что говорят эксперты
При этом электоральные юристы отмечают: наличие нормы не гарантирует её применение. Один из специалистов, пожелавший остаться анонимным, сообщил, что случаев уголовного преследования именно за принуждение к электронному голосованию не зафиксировано. По его словам, в последние годы привлекали людей за поджоги и вандализм на участках, но уголовные дела по иным нарушениям выборов заводятся редко.
Где будет работать ДЭГ и кого охватит
В этом году дистанционное электронное голосование (ДЭГ) планируется в 32 регионах на федеральной платформе и в Москве. В список не попали субъекты с традиционно высокими результатами партий власти: напротив, среди регионов с ДЭГ есть территории, где в 2021 году результат правящих партий был заметно ниже общероссийского — около 38% против 49% в среднем по стране.
Риски для контроля и признаки давления
Критики указывают, что электронное голосование сложно независимо проверить: наблюдатели и избиркомы видят лишь поток зашифрованных данных, а не всю процедуру подсчёта. Риск принуждения сохраняется — на прошлых выборах фиксировали пункты в торговых и спортивных центрах, где людям требовали отметить определённого кандидата. Исследователь по электронному голосованию отмечал, что после выявления одного такого пункта явных изменений в динамике явки не наблюдалось, что может свидетельствовать о наличии нескольких подобных точек. Также сообщалось о случаях в регионе, где бюджетиые организации якобы распределяли «бригадиров» для контроля участия сотрудников в голосовании и способа его осуществления.
