История россиянина, долгое время жившего в ЕС, завершилась тюремным сроком в России: его приговорили к 16 годам за перевод денег бывшей девушке из Украины. Родные утверждают о применении пыток и давлении; близкие и коллеги собирают поддержку и ищут дипломатический выход.
Несколько десятков человек собрались в культурном центре Люксембурга, где устроили концерт в поддержку Михаила и сбор средств для его семьи. Коллеги и друзья отмечают, что он помогал за кулисами и был активным участником театральной жизни.
Срок за перевод бывшей девушке
2 июня Псковский суд приговорил Михаила к 16 годам колонии по статье о государственной измене. Его обвиняют в переводе 18 000 рублей бывшей девушке, у которой в профиле была фотография в камуфляже; следствие квалифицировало этот перевод как помощь иностранному государству в ущерб вооружённым силам России.
Юрист, знакомый с делом, отмечает, что доказательная база выглядит слабой: в материалах фигурирует лишь переписка в телефоне, при этом нет подтверждённых банковских переводов, а указанные номера карт не соответствуют реальным выпускам. Также не установлена достоверная связь девушки с вооружёнными формированиями.
Судебный срок в 16 лет юристы называют необычно суровым даже для подобных обвинений; часть специалистов предполагает, что тяжёлый приговор может повышать шансы на последующий обмен заключёнными, если появится такая возможность.
Брат, айтишник, театрал
Михаил родился в Москве, затем жил в Сумах и некоторое время в Уфе. В 2000 году он переехал в Бельгию, работал в IT и получил бельгийское гражданство. Позднее работал в Люксембурге, а жил в немецком Трире. В свободное время помогал в русскоязычных и англоязычных театрах.
Сестра вспоминает его как открытого и доброго человека, который всегда помогал семье. Коллеги отмечают, что на него можно было положиться.
Оказался не в том месте, не в то время
Летом 2025 года Михаил приехал в Россию, чтобы навестить тяжело больного отца. Он отправился в Санкт‑Петербург на мотоцикле и 1 июля пересёк российско‑латвийскую границу. В тот же день связь с ним пропала.
Родные узнали о его задержании лишь через несколько дней. По их словам, месяц его держали в приграничной гостинице под арестом, затем перевели в следственный изолятор в Белгородской области. Михаил рассказывает, что там его пытали и избивали; долгое время у него не было связи с родственниками и адвокатом.
Сестра считает, что он оказался в неприятной ситуации из‑за доверчивости и конкретного пункта пропуска: по её мнению, факты и мотивы для обвинения будут домыслены следствием.
Две надежды: мир или обмен
Дело рассматривалось почти год в закрытом режиме; за это время у Михаила было всего несколько коротких телефонных контактов с близкими. Семья получает от него письма, в которых он описывает условия содержания.
Семья и друзья надеются на дипломатическое вмешательство или возможный обмен. Друг Михаила ведёт общественную кампанию в его поддержку и связывается с зарубежными представителями и организациями, чтобы привлечь внимание к делу.
В министерстве иностранных дел Бельгии заявили, что следят за судьбой своего гражданина и неоднократно обращались к российским властям с просьбами о консульских визитах; пока такие запросы не были удовлетворены по причине двойного гражданства обвиняемого.
У Михаила стремительно ухудшается зрение: один глаз почти перестал видеть. Родственники прилагают усилия, чтобы обеспечить ему медицинскую помощь. Они подчёркивают, что поддержка друзей и незнакомцев придаёт заключённому силы и надежду на возможное освобождение.
